Насим Хамед, недавно появившийся на премьере фильма "Giant" на публике, дал сразу несколько интервью о себе, своей жизни и карьере. Хамед завершил карьеру лишь с одним поражением в послужном списке - от Марко Антонио Барреры. "Принц" утверждает, что хотел боя с мексиканцем задолго до этого, что повредил руки в поединке с Оги Санчесом, слишком долго не тренировался и оставил себе слишком много веса, который нужно было сбросить за слишком короткое время.
«Это была невыполнимая миссия, - признаёт Хамед спустя все эти годы. - Но я думал: да ни за что он меня не нокаутирует. Я не вижу, как он может меня остановить или вырубить. Такого никогда не было в моей жизни. У меня больше сотни боёв - любительских и профессиональных, - меня никогда не останавливали и не нокаутировали. Ни разу. Ни в зале, нигде. Поэтому я думал - а я спарринговал с тяжеловесами, средневесами, крузерами - что бы ни происходило в бою, он не сможет меня нокаутировать или остановить. Но при этом я говорил себе: "Да не может быть, чтобы мы прошли 12 раундов, и я ни разу как следует по нему не попал". Но хотя я и попал по нему, и сломал ему нос, по-моему, в одном из раундов, я не поймал его достаточно чисто и по-настоящему чудовищным ударом, чтобы убрать. И в этом была моя проблема. Я честно рассчитывал на мощь и на один удар, который выиграет этот бой. Но он так и не пришёл - и этому так и не было суждено случиться.
И он выиграл этот бой честно и заслуженно, и я отдаю ему все должное уважение. Но он избегал меня пять, шесть лет. Он не хотел со мной драться».
Был ли Хамед к тому моменту на спаде потому, что его лучшие дни уже остались позади, или из-за образа жизни?
«Дело не в том, что мои лучшие дни просто закончились, - настаивает он. - С моей точки зрения, я постоянно травмировал руки. И я уезжал из дома в тренировочные лагеря и начинал понемногу уставать от этого - не буду врать. А потом - расставание с мальчиками [его тремя сыновьями], когда они были маленькими, тоже меня задело. Но просто всё идеально совпало по времени для [Барреры]. Вот и всё. Он был на подъёме, активный, уже какое-то время чемпион мира…»
Впрочем, того, что сделал Хамед, оказалось достаточно, чтобы его ввели в Международный зал боксёрской славы - место, где лишь у немногих британских великих боксеров есть табличка на стене.