Катмен в углу Майкла Зерафы в бою против Никиты Цзю не считал, что рассечение было настолько серьёзным, чтобы из-за него могли остановить поединок.
Зерафу широко раскритиковали за то, что в пятницу вечером он сказал врачу у ринга, что ничего не видит левым глазом, несмотря на то что рассечение выглядело незначительным и стало результатом случайного столкновения головами.
Поскольку бой был остановлен спустя три секунды третьего раунда, он был признан несостоявшимся (no contest). 33-летнего Зерафу обвинили в том, что он сдался, комментаторы у ринга и бывшие чемпионы мира Полли Малиньяджи и Шон Портер, а также сам Цзю. При этом Зерафа продолжал настаивать, что хотел продолжать бой и желает, чтобы в будущем была назначена новая дата встречи с Цзю.
Мэтт Кларк был приглашён работать катменом в углу Зерафы.
«Перед боем, на мой взгляд, с ним всё было в порядке, - сказал Кларк BoxingScene. - Всё было очень спокойно; его тренер [Джош Арнольд] и вся команда были расслаблены. Мне казалось, что перед боем всё так, как и должно быть.
Когда левша дерётся с правшой, всегда есть высокая вероятность [столкновения головами] - такое, кажется, происходит почти каждый раз, когда встречаются левша и правша. Но я заметил кровь. При этом не сказал бы, что кровотечение было сильным. Я просто подготовил всё, чтобы обработать рассечение.
У меня и у всего угла был план: если его рассекут, я залезаю между канатами и делаю всё возможное, чтобы обработать рану. Я прижал её полотенцем и вытер ту кровь, которая была. Первая мысль была: "Да тут вообще ничего серьёзного". Я сказал ему, что всё нормально, и, кажется, он ответил: "Нормально?" Я сказал: "Нормально - вообще ничего. Не переживай. Пустяк". Что-то в этом духе».
«Я, если честно, вообще не сильно переживал из-за этого. Раньше я работал с рассечениями Лукаса Брауна - а у него бывало так, что он получал рассечение ещё по дороге к рингу; в некоторых боях у него буквально половина лица висела, и я всё равно говорил ему, что всё нормально.
Меня это не беспокоило. Да, место деликатное - верхнее веко. Но кровь не текла в глаз - она шла вокруг глаза. Кровь просто повторяла линию века, но не попадала внутрь глаза. Автоматически думаешь: "Да ничего страшного". Я его успокоил, сказал, что всё в порядке.
В течение минутного перерыва я прижал рассечение, использовал ватный тампон с адреналином, и где-то за 10 секунд до окончания перерыва подумал: "Я здесь уже всё сделал". Кровотечение остановилось. Я нанёс сверху вазелин - и на этом всё. Мы вышли из угла задолго до начала раунда. Ситуация была вполне управляемой; я считал, что всё под контролем.
Я был удивлён, когда врач решил осмотреть рассечение, потому что помню, как подумал: "Да оно же не кровит". Я не видел в этом необходимости. Я понимаю, что у них есть обязанность заботиться о безопасности, но я был удивлён. Я не думал, что это как-то влияло на его работу во втором раунде, и считал, что с большой вероятностью это не повлияло бы и в третьем, потому что кровотечения не было».
На вопрос, помнит ли он, говорил ли Зерафа в углу, что не видит, Кларк ответил:
«Нет, насколько я помню - ничего такого не было. В углу всё было очень спокойно. Джош Арнольд давал ему инструкции».
Когда его затем спросили, считает ли он, что у Зерафы могли быть проблемы со зрением, Кларк сказал:
«Честно - я не знаю. Это нужно спрашивать у самого Майкла, потому что я не могу отвечать за него. Это, безусловно, привлекло внимание публики. Мне нужно услышать полную аудиозапись. Похоже, что он действительно сказал, что не видит. Нужно ли было задавать уточняющие вопросы, вроде: "Ты можешь продолжать?", - я не знаю. Это уже между Майклом и официальными лицами. Безопасность бойца - всегда на первом месте. Мы видели слишком много случаев - лучше перестраховаться, чем потом сожалеть. Я понимаю разочарование людей, потому что, по моему мнению, бой можно было продолжать. Но это не моя работа».