Супертяжелый дивизион сейчас очень насыщенный, и всё внимание к нему вновь будет приковано 4 апреля на арене O2 в Лондоне, где Дерек Чисора встретится с Деонтеем Уайлдером - в 50-м профессиональном бою для каждого из них.
За свою карьеру Чисора успел побывать и претендентом, и своеобразным «гейткипером», и - рискнём сказать - даже джорнименом. Но при этом он дрался с большинством лучших тяжеловесов своей эпохи.
Когда его спрашивают, кто был лучшим боксёром из всех, с кем он выходил в ринг, ответ следует мгновенно.
«Александр».
Он произносит это так, что невольно начинаешь сомневаться, стоило ли вообще задавать этот вопрос. А потом вспоминаешь, что он дрался и с Виталием Кличко, и с Тайсоном Фьюри, и с Дэвидом Хэем, и с другими.
«Движение. Движение», - говорит он, объясняя, почему Усик поднялся на вершину.
«Он побеждает всех за счёт движения. Потому что, пойми, в боксе нас учат бить по цели и не двигать ногами. А Александр бьёт по цели, двигается, меняет углы, уходит в одну сторону, потом в другую. И это очень трудно. Я знал, что он станет главным, потому что все остальные его избегали. Я с ним подрался, а потом его следующим большим боем был бой с Джошуа на Tottenham. Отличный бой - он его выиграл. Потом реванш - опять выиграл. И после этого я уже понял, что он станет суперзвездой».
Так почему же Чисора выглядел лучше против Усика, чем в трёх боях с Тайсоном Фьюри?
«Не знаю», - сначала отвечает он.
Но затем Чисора делает паузу, задумывается и, похоже, готовится дать более развёрнутый ответ.
«Тренеры, наставники… Я боксировал с Тайсоном Фьюри три раза с Доном Чарльзом. А с Александром - с Алексом и Мариосом [Деметриадесом из зала London Shootfighters]. Сейчас я именно с ними - с Алексом и Мариосом».
Чисора говорит, что именно эпоха Флойда Мейвезера-младшего, Рикки Хаттона и Мэнни Пакьяо по-настоящему его зацепила.
«Золотая эра HBO - помнишь это всё?» - говорит он.
«Мы просыпались утром, включали телевизор и смотрели трансляции HBO из Нью-Йорка, из Madison Square Garden или MGM. Вот это была моя эпоха просмотра бокса. И Don King Promotions, всё это».
То, что Чисора отдельно упоминает Хаттона, интересно - хотя бы потому, что они совершенно разные по характеру. Но ещё важнее то, что Хаттон тяжело переживал завершение карьеры, и это в итоге привело к его смерти в 2025 году в возрасте всего 47 лет.
Сам Чисора признаёт, что он зависим от боёв. Так как же он справится, когда бокса больше не будет в его жизни? Есть ли у него страх перед завершением карьеры? Он уже давно говорит, что следующий бой с Уайлдером станет для него последним.
«Зависит от ситуации», - говорит он, пожимая плечами. «Когда ты заканчиваешь на вершине, тебе нужно идти к психологу или терапевту, чтобы тебя направили в правильное русло. Потому что без этого ты просто провалишься в яму. Так что это то, что я делаю. Но к жизни после спорта нужно быть готовым. Мне всё равно - любой человек, если ты готов повесить перчатки или бутсы на гвоздь, ты должен обратиться к терапевту».
Потому что как перейти от арены, где 20 тысяч человек скандируют твоё имя, к обычной жизни?
«Это как наркотик», - соглашается Чисора. «Бои - это наркотик. Я занимаюсь этим с 16-17 лет. А сейчас мне 42. Самый кайф - это вообще весь процесс подготовки. Ты начинаешь тренироваться, и сначала у тебя ничего не получается. А к бою ты уже на пике, работаешь на максимум. Потом ты дерёшься 36 минут, выигрываешь - и ты на подъёме. И сразу хочешь ещё один бой. Но как только выходишь из ринга - начинается спад. Резкий спад. Это, б***ь, очень жёсткое падение, брат».